Михаил Делягин: «Нежелание Медведева бороться с офшорами вполне объяснимо»

Михаил Делягин: «Нежелание Медведева бороться с офшорами вполне объяснимо»
По мнению эксперта, для либералов право бизнеса уклоняться от налогообложения священно

Создать собственное ЗАО, имея в кармане заначку 10 000 руб. в виде уставного капитала, – забавная реальность наших дней. И она останется таковой, видимо, еще на долгое время: президент РФ Дмитрий Медведев не согласовал предлагаемые в проект нового Гражданского кодекса поправки, которые предусматривали увеличение минимального порога уставного капитала. Цель разработчиков изменений была очевидна – усложнить жизнь любителям плодить фирмочки-однодневки, создаваемые в большей доле случаев в качестве составных элементов мошеннических схем.

Такая очевидная логика «напоролась» на убойный контраргумент, против которого без подготовки и не попрешь: мол, любое усложнение госрегистрации компаний негативно скажется на деловой активности и ударит по свободе предпринимательства. Такую позицию представило Минэкономразвития. Президент поддержал позицию ведомства Набиуллиной и наказал отправить законопроект на рассмотрение депутатам без усложняющих поправок. Изначальное предложение обязать офшорные компании раскрывать своих конечных бенефициаров также не нашло понимания наверху.

К слову, соответствующие поправки предлагали не какие-нибудь записные оппозиционеры, а «свои» же – члены президентского совета по кодификации. Для того, чтобы недобросовестным дельцам жизнь особо медом не казалась, предлагалось повысить минимальный порог уставного капитала для различных форм собственности: для ООО и ЗАО – 300 000 руб.; для ОАО – 1 млн руб. Не сказать бы, что драконовские меры, но логично предположить, что новые «рога и копыта» при новом раскладе открывались бы... обдуманнее, что ли. Авось и для пользы.

Раскритиковали в Минэкономразвития и другое предложение президентского Совета по кодификации – о требовании к владельцам офшорных компаний раскрывать бенефициаров (о том, что т. н. «офшорная экономика» – настоящий бич современной России, не раз подчеркивали представители «Справедливой России», о чем вы можете прочитать в нашем фронт-проекте). Тут придирка свелась и вовсе к бюрократическому крючкотворству: мол, это не должно регулироваться Гражданским кодексом, тут необходимо отдельное законодательное регулирование, и вообще требовать прозрачности от всех не стоит – только в особых случаях, когда речь идет о крупных сделках.

Утешает авторов поправок лишь надежда, что парламентарии всё же самостоятельно проведут соответствующие поправки уже в ходе думских слушаний. Тем более что альтернативное предложение участвующей в дискуссии рабочей группы по созданию Международного финансового центра о том, что минимальное требование к уставному капиталу компаний вообще нужно убрать, также не нашло поддержки. Значит, разум не покинул покуда высокие властные кабинеты...

Новости вокруг «антиофшорного» законопроекта в беседе с обозревателем KM.RU прокомментировал директор Института проблем глобализации, доктор экономических наук Михаил Делягин:

– Минимальный объем капиталов должен быть увеличен для компаний, которые занимаются определенными видами деятельности. Скажем, когда компания с капиталом 10 000 руб. выигрывает тендер на поставки государству чего-либо на сотни миллионов рублей, или когда она управляет бизнесом стоимостью миллионы и миллиарды долларов, – эта ситуация представляется неправомерной. Она ведь юридически не может нести никакой ответственности за последствия своей деятельности: у нее просто нет для этого достаточного имущества. И это провоцирует повышенные риски.

Что касается борьбы с офшорами, то г-н Медведев произносит правильные слова, но при этом его действия часто вызывают сильные сомнения. Он, с моей точки зрения, слишком либерален для того, чтобы защищать права Российской Федерации и права ее граждан. И то, что он, по сути, не хочет бороться с офшорами, – это нормально: либерал не может бороться с офшорами, поскольку право уклоняться от налогообложения – это священное право бизнеса. При этом нужно понимать, что борьба с офшорными схемами в России сама по себе весьма забавна, поскольку Россия сама, по сути, является крупнейшим в мире офшором для миллиардеров.

Если посмотреть, как устроено наше налогообложение доходов, то выяснится, что, скажем, фонд оплаты труда большинства людей, вроде нас с вами, облагается по ставке более 39%: 30% отдается в качестве обязательного социального взноса, а потом еще 13% – подоходный налог. Если же человек богат, то обязательный социальный взнос – не 30%, а только 10%, а если совсем богат, то он может нанять хорошего налогового консультанта, перевести все свои текущие доходы в индивидуальные частные предприятия и платить уже по ставке 6%. Это – беспрецедентная ситуация, настоящий райский заповедник для богатых. И при таком бревне в собственном глазу бороться с соринками в чужих глазах немножко странно. Тут с г-ном Медведевым я вполне согласен.

– А в принципе, если и не полноценная борьба, то хотя бы упорядочивание офшоров возможно?

– Для начала нужно потребовать, чтобы право собственности на российскую экономику было возвращено российским компаниям. Ситуация, когда права собственности на 90% крупнейших российских частных предприятий вывезены в офшоры, — это ненормальная ситуация. И можно было бы сказать: мол, дорогие друзья, либо эти предприятия будут принадлежать российским корпорациям (т. е. извольте вернуться в Россию, господа владельцы), либо они будут национализированы, причем в течение полугода. Т. е. зафиксировать таким образом, что определенные российские предприятия, определенные отрасли не могут принадлежать какой-то кипрской офшорке, которая состоит из «полутора человек».

– Медведев, как говорят, не захотел увеличивать минимальный порог уставных капиталов, чтобы не чинить препятствий молодым начинающим предпринимателям....

– Смотря что понимать под предпринимательством. Если под этим общим термином понимать ответственное предпринимательство, то таких палок в колеса не будет, если, конечно, не заниматься бюрократическими извращениями. Но нормальный бизнесмен, владеющий 20 заводами, будет обладать имуществом, которое поможет ему оплатить возникающие риски. А если понимать под «предпринимательством» рэкет и бандитизм, то, да, повышение нормативов уставного капитала для тех, кто управляет чужим имуществом, действительно ограничит этот вид «предпринимательства».

Но г-н Медведев – это человек, который, как мы помним, декриминализировал контрабанду. Т. е. контрабанда, которая, в общем-то, является преступлением против государства, – это теперь не уголовное, а административное преступление, вроде перехода улицы на красный свет. Медведев в своем либерализме дошел до того, что уже и убийство человека без применения оружия может караться двумя месяцами тюрьмы: это называется «нанесение тяжких телесных повреждений, повлекших по неосторожности смерть пострадавшего». Таково медведевское понимание прав и свобод... Это – не случайность, не недоразумение, а его принципиальная позиция. И обвинять президента в легкомыслии не стоит: он, безусловно, читал все свои слова и понимает, что они значат.скачать dle 10.4фильмы и сериалы онлайн hdавтоматический обмен webmoney на приват24


Источник: km.ru.

Информация
Комментировать статьи на сайте возможно только в течении 14 дней со дня публикации.