Приватизация Сбербанка

У коллег и сослуживцев Грефа постоянно радость, а теперь — особенно...

НЕ УСПЕЛИ мы еще прийти в себя от такого события, как ратификация протокола о присоединении России к ВТО, как на российскую экономику стала накатываться следующая волна испытаний под названием «приватизация». Под планами приватизации скрываются хищнические устремления транснациональных банков и корпораций по мародерскому расхищению остатков стратегически важных активов российской экономики. Вчера российские СМИ сообщили о завершении сентябрьской операции под кодовым названием «Приватизация Сбербанка».
Главный акционер Сбербанка Банк России в сентябре продал 7,58% акций Сбербанка за 5,2 млрд долларов (159,3 млрд рублей), что, по заявлению властей, стало крупнейшей приватизационной сделкой в России. «Уникальность операции заключается в том, что одновременно проходили роад-шоу и во Франкфурте; в Лондоне, в Нью-Йорке, в Москве, была обеспечена значительная переподписка на акции, и в подписке не участвовали государственные агенты, такие как ВЭБ и дочерние общества Сбербанка», – рапортовал премьер-министру Д.Медведеву первый вице-премьер Игорь Шувалов 1 октября сего года.
Сберегательный банк – один из наиболее лакомых активов российской экономики. По капитализации он занимает среди российских компаний третье место, уступая лишь Газпрому и «Роснефти» и опережая «Лукойл». Его привлекательность объясняется тем, что он является крупнейшей в России депозитно-кредитной организацией, обслуживает большую часть физических лиц и очень большое количество компаний и организаций. Кроме того, его привлекательность поддерживается государством, которое фактически взяло на себя бремя покрытия возможных рисков (прежде всего, риск неплатежеспособности банка). О конкретных покупателях пакета акций Сбербанка мало что известно. Скорее всего, ими стали транснациональные банки (ТНБ) или структуры, контролируемые ТНБ. Недаром И.Шувалов сказал, что от участия в покупке акций были отсечены такие конкурентоспособные российские организации, как ВЭБ и дочерние структуры СБ. Впрочем, еще в сентябре сообщалось о том, что крупные заявки на покупку акций Сбера сделали западные финансовые организации, подконтрольные известному спекулянту Джорджу Соросу.
Напомним, что на 1.09.2012 г. общее число акционеров Сбербанка составило свыше 244 тысяч. Крупнейший акционер – Банк России, которому принадлежало 57,58% акционерного капитала. На втором месте находились юридические лица-нерезиденты (проще говоря, иностранные компании и банки) – 33,8%. Третье место занимали российские юридические лица – 4,1%. Остальные – частные инвесторы (физические лица), в руках которых сосредоточено около 4,5% акций. После проведения объявленной приватизации доля Банка России в акционерном капитале Сберегательного банка понизилась до 50% плюс одна акция. По предварительным данным, все выставленные на продажу акции достались иностранцам. Следовательно, доля нерезидентов в капитале Сбербанка повысилась до 41,2%.
Иностранных инвесторов такая раскладка вполне устраивает. При ней банк сохраняет особый статус, который позволяет ему рассчитывать на государственную помощь в кризисных ситуациях. Кроме того, Банк России – не только акционер, но одновременно контрольно-проверяющая инстанция. Ни для кого не секрет, что Сберегательный банк нарушал и продолжает нарушать многие требования ЦБ; за такие нарушения другой коммерческий банк давно уже поплатился бы своей лицензией. В общем, не только в России, но и в мире иностранному инвестору трудно найти более комфортабельную «экологическую нишу», чем доля в капитале Сбербанка.
Наши власти трубят, что сентябрьская операция с акциями Сбербанка – крупнейшая. Некоторые СМИ говорят, что она «крупнейшая в новейшей истории России». Другие называют ее «крупнейшей в истории Сбербанка». И почти все ретранслируют слова И.Шувалова о том, что операция с коммерческой точки зрения оказалась «эффективной». Мягко выражаясь, все это не вполне соответствует действительности. Напомню, что весной 2007 г. Сберегательный банк проводил размещение своих акций на российском рынке среди физических лиц под лозунгом: «Превратим Сбер в народный банк». Тогда более 30 тыс. человек купили акций на сумму 230 млрд рублей, что в валютном эквиваленте соответствовало 8,8 млрд долларов. То есть выручка от операции 2007 г. в 1,7 раза больше, чем от операции 2012 года. При этом акции оказались преимущественно у резидентов, а не западных «финансовых акул» типа Джорджа Сороса.

ТЕПЕРЬ по поводу «эффективности» проведенной операции. Наши руководители глубокомысленно заявляли и заявляют, что приватизация (не только Сберегательного банка, но и других активов) должна осуществляться не стихийно, а с учетом рыночной конъюнктуры, то есть по максимальным ценам. Напомню, что итоговая цена продаж акций Сбера в сентябре равнялась 93 рублям за акцию. По оценкам экспертов, реальная (или «справедливая») цена на этот момент операции находилась на уровне 130 рублей. Также любопытно следующее: первый заместитель председателя Банка России Алексей Улюкаев в январе нынешнего года всех клятвенно уверял, что продажи принадлежащего Центральному банку пакета акций могут начаться при цене не менее 100 рублей. В общем, западные финансовые мародеры при содействии государственных и денежных властей РФ в очередной раз поживились за наш с вами счет.
Еще один аспект сентябрьской операции с акциями Сбербанка. Д.Медведев на встрече с вице-премьерами в понедельник 1 октября, комментируя доклад Шувалова о ходе приватизации, сказал: «В отношении доходов от продажи части государственного пакета Сберегательного банка РФ я думаю, что эта идея правильная, мне министр финансов докладывал, я такого рода решение одобрил – о том, чтобы зачислить соответствующую прибыль, которая возникает от продажи, в доходы государственного бюджета». Вроде бы бенефициарами операции оказываются бюджетники. Но на это решение можно посмотреть и под другим углом зрения. Первоначально правительство планировало «затыкать дыры» в бюджете с помощью наших нефтегазовых фондов – Резервного фонда и Фонда национального благосостояния. Эти фонды сегодня входят в состав валютных резервов, находящихся в управлении Банка России. Они размещаются на депозитах западных банков и в долговых бумагах западных государств – фактически работают на западные экономики. Продажа акций Сбербанка позволила оставить в неприкосновенности валютные «заначки» страны (не секрет, что любые крупные операции по расходованию валютных резервов наши власти «согласовывают» с западными банкирами). Следовательно, наша «помощь» Западу останется на прежнем уровне. А эта «помощь» ему позарез нужна, так как тучи кризиса сгущаются над мировой экономикой.

НЕЛЬЗЯ обойти стороной еще один аспект нынешних событий вокруг Сберегательного банка. Нынешний Сбер – правопреемник советского Сберегательного банка, имевшего статус государственной организации. Все мы помним, что при развале Советского Союза государство беспардонно «кинуло» миллионы вкладчиков Сберегательного банка СССР. С тех пор прошло уже более 20 лет, но проблема никуда не делась. Люди ждут своих денег. Интересно, что эти обязательства были сняты с баланса постсоветского Сбера, ставшего коммерческим банком, и перешли на министерство финансов РФ. Если бы советские долги остались на балансе нынешнего Сбера, то за него никто и ломаного гроша не дал бы. Минфин по чайной ложке начал погашать обязательства советского Сбера. При этом используя коэффициенты 2 и 3 (для разных категорий клиентов). Иначе говоря, за один тогдашний рубль государство выдает 2 или 3 новых рубля. Причем темпы погашения таковы, что многие люди уже не дожили до момента полного погашения долга. Главное же – коэффициент, используемый минфином, является издевательским. С учетом изменения цен и покупательной способности рубля за истекшие два десятилетия он должен быть увеличен в десятки раз. По оценкам экспертов, долг государства перед бывшими клиентами советского Сбера на 2010 г. оценивался в 900 млрд долларов! Министерство финансов говорит: это эквивалентно нескольким годовым бюджетам, таких денег в казне нет. Это правда. Вспомним АТЭС на острове Русский, перекореженные Сочи к зимней Олимпиаде, предстоящий ЧМ по футболу, другие забавы, которые сжирают сотни миллиардов.
Что же делать в ситуации с долгами по вкладам? Полагаю, что социально ответственное правительство должно сказать: «Уважаемые граждане, мы готовы погасить свои обязательства перед вами реальными активами и по справедливым ценам. Предлагаем вам активы того самого Сберегательного банка, который двадцать лет назад поставил вас в такое положение». Иначе говоря, речь должна идти не о продаже акций Сбера иностранным спекулянтам, а о превращении его в «народный банк», где акционерами будут те самые миллионы обманутых вкладчиков советского Сбера. На языке профессиональных экономистов это называется операцией по конвертации внутреннего государственного долга в акции. Но применительно к случаю со Сбером надо считать. Государственный внутренний долг по вкладам Сбера, как мы сказали, оценивается в 900 млрд долларов (кстати, есть и другие статьи государственного внутреннего долга, но этот вопрос выходит за рамки нашего разговора). В то же время рыночная капитализация (суммарная цена всех акций) нынешнего Сбера находится на уровне 60 млрд долларов. Здесь у власти могло быть два варианта поведения:
а) предложить советским вкладчикам пойти на существенные материальные потери и согласиться на неполную компенсацию – в размере 6,7%;
б) предложить советским вкладчикам в дополнение к акциям другие активы в целях повышения процента компенсации. (Для справки сообщу: рыночная капитализация 200 крупнейших российских компаний в настоящее время как раз находится на уровне 900 млрд долларов.)
То есть речь идет как минимум о превращении Сбера в «народный» банк, а как максимум – о превращении ведущих компаний страны в «народные предприятия». То, что я предлагаю, может взять на вооружение лишь социально ответственная власть. Тем не менее мы должны оказывать давление и на нынешнюю компрадорскую власть, каждый раз напоминая ей о ее незаконных и даже преступных акциях «приватизации». В ближайшее время планируются акции приватизации других активов российской экономики. Каждый раз мы должны поднимать вопрос о необходимости власти погашать внутренний государственный долг, в том числе долг перед вкладчиками Сбера.

ХОТЕЛОСЬ бы обратить внимание на не вполне корректную формулировку, используемую для описания сентябрьской операции по продаже акций СБ. Говорится о «приватизации». Под ней принято понимать смену государственной формы собственности на частную. В условиях России под государственной формой собственности, как правило, понимается участие в капитале соответствующей организации (компании) Росимущества – Федерального агентства по управлению государственным имуществом. Это ведомство, согласно российскому законодательству, выступает уполномоченным федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции в области приватизации и полномочия собственника, в том числе права акционера, в сфере управления имуществом Российской Федерации. А в случае со Сберегательным банком мы имеем в качестве собственника Банк России. Статус Банка России весьма неопределенный, двусмысленный, а его операции крайне «непрозрачны». Он не относится к органам государственного управления. В Законе о ЦБ (Банке России) записано, что Банк России не отвечает по обязательствам государства, а государство – по обязательствам Банка России. Многие эксперты справедливо отмечают, что Банк России – «государство в государстве», то есть он не входит ни в одну из трех ветвей власти, не подотчетен президенту и Государственной думе, не может быть толком проверен Счетной палатой и т.д. Мы не можем быть уверены, что Банк России как мажоритарный акционер Сбербанка принимал, принимает и будет принимать решения, отражающие национальные интересы страны.
Если говорить о национальных интересах России, то нам необходима не «приватизация» Сбербанка (и других стратегически важных компаний), а национализация. И наиболее приоритетным объектом национализации должен стать Центральный банк Российской Федерации (Банк России). В свою очередь национализация Банка России позволила бы поставить под эффективный контроль и Сберегательный банк. А если Сбер станет государственной организацией, то можно будет более конструктивно и быстро решать и проблему погашения задолженности перед обманутыми вкладчиками. Впрочем, предложенный мной проект превращения Сбера в «народный» банк – лишь один из вариантов решения проблемы.

В.Ю. КАТАСОНОВ, профессор, доктор экономических наукскачать dle 10.4фильмы и сериалы онлайн hdавтоматический обмен webmoney на приват24


Источник: РУСИНФОРМ.

Информация
Комментировать статьи на сайте возможно только в течении 14 дней со дня публикации.