Политические осадки Чернобыля все еще токсичны
Тридцать лет спустя, наследие катастрофы, и Советского Союза, продолжают омрачать регион
В 1.23 am 26 апреля 1986 года, реактор № 4 Чернобыльской АЭС взорвался, извергая огромное количества радиоактивного материала в воздух. Одно из главных событий 20-го века произошло. Взрыв на Чернобыльской АЭС, 30 лет назад в этом месяце, возможно, сыграл ключевую роль в кончине Советского Союза – хотя бы только потому, что уничтожил какой-либо авторитет остававшийся у системы власти, чьи заявления включали безопасное владение техникой.
Для стран, наиболее пострадавших, путь к стабильной демократии был не легок; для некоторых он даже не гарантирован. Территории наиболее пострадавшие от стихийного бедствия это Украина и Белоруссия. Сегодня мы склонны рассматривать политические потрясения в Украине, в том числе назначение на этой неделе нового премьер-министра, как исключительно результат недавних кризисов – но это может быть близоруко.
Беларусь редко делает заголовки - за исключением, возможно, когда обсуждаются санкции против режима президента Александра Лукашенко. Но понимание мучений этих стран требует оглянуться назад во времени.
Тогдашний советский президент, Михаил Горбачев, начал свою политику гласности или открытости, незадолго до Чернобыльской катастрофы - которая затем выступала в качестве катализатора изменений из-за лжи она вызвала. Это стало последней каплей после длинного списка злодеяний, понесенных странами, которые пережили худшее из кровопролитий Европы 20-го века. Подсчитано, например, что Беларусь потеряла треть своего населения во время второй мировой войны. Восстановление от совокупного эффекта этих испытаний было не простым.
Действительно, многие из последствий Чернобыля еще предстоит изучить. Три десятилетия спустя можно даже начать описывать, каково это жить с невидимым радиоактивным врагом? Каким образом можно передать то, на что это было похоже, испытать событие такого масштаба, когда небо потемнело и , казалось, разворачивается апокалипсис?
Я ездила в Чернобыльскую область в 1990-е годы, чтобы попытаться понять это наследие. И еще одна вещь, которую невозможно отклонить это устойчивая политическая травма, которая вышла из аварии на Чернобыльской АЭС, и всего того, что привело к этому.
Точно так же, как от радиоактивного цезия, который просочился в землю и продолжает отравлять весь регион, от советского наследия трудно избавиться и никогда оно не может исчезнуть. И точно так же, как советские власти поспешили скрыть масштабы аварии, мы склонны недооценивать задачу, которой противостоят народы Украины и Белоруссии при попытке демонтировать структуры советизма.
Это должно быть важно для всех европейцев, потому что эти два государства находятся в центре континента, и нынешних напряженных отношений с Россией. Какая судьба ожидает их демократические устремления скажет много о том, куда будет двигаться Европа в ближайшие годы.
Ведущий белорусский оппозиционер Андрей Санников, теперь живущий в изгнании, только что издал захватывающую биографию своей жизни и своего тюремного заключения при диктатуре Лукашенко, президента с 1994 года. "Мало кто знает, что 70% радиоактивных осадков от взрыва в 1986 году упали на территорию Беларуси", отмечает Санников. Мы забываем о том, что в то апрельское утро, и в последующие дни, ветер не переставал дуть на север от Чернобыля.
Светлана Алексьевич, Нобелевский лауреат по литературе 2015 года, работа которой почти запрещена в ее родной Белоруссии, красноречиво написала о психологическом опустошении, оставленном Чернобылем. Она цитирует выжившего, который говорит: «Тогда все говорили: ‘Мы умрем, мы умрем. К 2000 году, не останется никаких белорусов». По словам Алексиевич Чернобыль, в то время был " как несчастным случаем в том смысле, что никто намеренно не взрывал его, так и преднамеренным продуктом культуры кумовства, лени и глубоко укоренившегося безразличия к населению в целом”.
Именно это кумовство и равнодушие сохраняются во многих постсоветских обществах. Конечно, Украина и Беларусь разные траектории: Украина - сегодня демократия, хотя и с войной в восточных регионах; Белоруссия - автократия, в которой преследуется любая форма инакомыслия. Но, как напоминает нам Санников, было бы ошибкой думать, что Беларусь обречена бесконечной диктатуре. Ее гражданское общество может быть меньше, чем на Украине, но ее активисты неоднократно предпринимали попытки демократических восстаний, и, вероятно, продолжат делать это.
Разница заключается в том, что последнее белорусское уличное восстание, в декабре 2010 года, было насильственно и полностью подавлено полицией Лукашенко; Санников, бывший кандидат в президенты, позже был приговорен к пяти годам заключения в трудовом лагере. Это, очевидно, контрастирует с успехом демократической революции Майдана 2013-14 в Украине, который привел к свержению президента – и на который Россия отреагировала, начав войну.
Для большинства из нас на Западе, Чернобыль запомнился как технологический кошмар, материал для фильмов ужасов. Для людей, которые жили в этом регионе, он подготовил основу не только для ужасающих физических последствий, но и для монументальных политических изменений, успех которых все еще нельзя гарантировать. Реализм диктует, что демократические настроенные украинцы и белорусы должны получить всю европейскую поддержку, которую они заслуживают.
В своей книге, Санников вспоминает, как диссиденты, такие как Наталья Горбаневская осторожно отреагировали на падение СССР. "Это было, как если бы они знали, что тоталитарный вирус отравивший народы бывшего советского блока не был уничтожен." Подобно тому, как токсичные вещества, выделяющиеся реактором Чернобыльской АЭС не были уничтожены.
Автор: Natalie Nougayr?de
Информация
Комментировать статьи на сайте возможно только в течении 14 дней со дня публикации.
